Владимир Рыбаков

Гробница. Греция 

Молчаньем стынет мрамор тяжких плит, 

Светясь над непроглядной чернотою. 

Слова каких заклятий тьма хранит, 

Чей гордый дух под сферой свода спит, 

Хранимый усыпальницей пустою? 

Ни дат - вокруг, ни знаков, ни имён, 

Ни упрежденья - пред отверзтым входом. 

В тысячелетья канувший, кто он, 

Обживший смертью первозданный склон, 

Коль с честью погребен былым народом? 

Видать, владыкой был своей поры. 

Недаром люд неистово и рьяно, 

Подобием диковинной норы, 

Вгрызал гробницу в тулово горы, 

Чтоб позже завалить холмом кургана 

И сохранить, не зная наперед 

Удела сиротеющей долины- 

Покуда жив на ней его народ- 

Священный прах, как быль, из рода в род 

И доблестное имя властелина. 

Святынь ни вор, ни время не щадит. 

Сон вечный чье кощунство разметало? 

Молчит тяжёлый мрамор вскрытых плит,  

Ничей покой заветный не хранит 

В студеной мгле могильного провала.